В 2017 году два совладельца основали компанию: основной акционер с 70% капитала стал руководителем, а второй участнице отошло 30%. В течение года предприятие получило несколько безвозмездных займов для пополнения денежного оборота, все соглашения подписал директор.
Интересно, что кредитором выступил супруг основного участника, то есть средства организации предоставлял муж ее же руководителя.
В ноябре 2018 года, за 30 дней до даты оплаты первого транша, мажоритарный владелец покинул состав собственников и передал управление постороннему лицу, после чего в реестре зафиксировали недействительность юридического адреса.
Участница с меньшей долей получила право представлять интересы фирмы лишь в сентябре 2021 года, когда заимодатель уже взыскивал задолженность через суд общей юрисдикции.
Кредитор потребовал привлечь миноритария к дополнительной ответственности с выплатой 1,64 млн руб. долга и начисленными процентами. Первая судебная инстанция частично удовлетворила требования: одобрила взыскание основной суммы, но отказала в процентах. Апелляция поддержала решение, а кассация дополнительно взыскала 66 355 руб. процентных начислений.
Судьи исходили из того, что ответчица умышленно прекратила деятельность: не проконтролировала актуальность регистрационных данных и не предприняла мер для восстановления работы фирмы с целью погашения обязательств.
Кассационный суд отдельно отклонил аргумент о родственной связи между кредитором и бывшим директором. Согласно позиции суда, выход основного участника из состава собственников соответствует закону, а сам факт предоставления займа аффилированному лицу не свидетельствует о недобросовестности.
Ответчица утверждает, что не совершала противоправных действий, которые сделали бы невозможным погашение займа. Деятельность прекратилась из-за убыточности еще до ее вступления в должность, и она не обязана отвечать за это.
Ее защита строится на анализе функций внутри организации. Кредитор является супругом экс-руководителя, что ставит под сомнение его независимость. Кроме того, ответчица не участвовала в назначении нового директора, а активы компании к тому времени были утрачены вместе с документами, которые прежний гендиректор не передал. Она заняла руководящий пост в 2021 году вынужденно, уже после подачи иска заимодателем.
Экономическая коллегия рассмотрит апелляцию 7 сентября.
2026-08-05T14:54:01+00:00
