Хотя соглашение о продаже Русской Америки Соединенным Штатам было подписано значительно раньше, фактический переход территорий произошел почти через семь месяцев после подписания договора. Официальная церемония состоялась 18 октября 1867 года в городе Новоархангельск (ныне Ситка). Однако процесс передачи прошел не совсем гладко: российский флаг случайно зацепился штыками, местные индейцы категорически отказывались опускать имперское знамя над своими деревнями, а американские военные выражали недовольство погодными условиями нового региона. Эти события подробно описаны в материалах портала Газета.Ру.
«И русские, и американцы испытывали нетерпение, но каждый воспринимал ситуацию по-своему. Русские осознавали неизбежность происходящего, тогда как практичные американцы стремились завершить сделку быстрее,» — вспоминает сын бывшего губернатора Русской Америки Дмитрий Максутов.
Историческое соглашение о продаже Аляски было оформлено 30 марта 1867 года в Вашингтоне. Российский император уступил территорию за сумму в размере 7,2 миллиона долларов золотом, что составляло приблизительно 4,73 доллара за квадратный километр. Предложение цены поступило именно от американской стороны, и обе стороны сочли её приемлемой. Более того, российская сторона изначально была готова пойти на ещё меньшую цену — порядка пяти миллионов долларов.
«Договор заключили посреди ночи, прервав игру в карты государственного секретаря,» — отмечает Максутов.
Однако реальная передача земель задержалась более чем на полгода из-за бюрократической волокиты и трудностей с логистикой. Например, нужно было эвакуировать свыше пятисот человек российских служащих колонии, которых предписывалось опросить письменно относительно их желания покинуть территорию. Большинство из них, включая представителей администрации и духовенства, приняли решение возвратиться в Россию.
«Что делать с десятью тысячами креолов и алеутов, исповедующих православие, мы себе плохо представляли. Может, переселить их в Приамурье… Или оставить там ради экономии?» — размышлял Максутов.
Тем не менее местное население сохранило приверженность православной вере даже после перехода под юрисдикцию Соединенных Штатов. Последняя православная литургия перед передачей территории состоялась в Новоархангельске (современная Ситка) 1 октября 1867 года. На неё заглядывали любопытствующие американцы, поражённые стойкостью русских прихожан, стоящих на коленях в течение долгого богослужения. Некоторые из присутствующих крестились и касались земли, которую вскоре должны были покинуть.
Американцы называли приобретённую территорию «коробкой со льдом».
Наконец, утром 18 октября 1867 года в гавань города прибыл американский фрегат «Оссипи», доставивший генерала Ловелла Руссо, уполномоченного правительством США официально установить звёздно-полосатый флаг над территорией. Тогда на нём было всего 37 звёзд.
«Погода стояла прекрасная, и мы сразу же отправились на берег,» — писал в своём отчёте Руссо.
«Мрачная дата 18 октября навеки останется туманной и пасмурной, словно потускневшая позолота,» — вспоминал Максутов.
Церемония передачи запланирована на 15:30 того же дня. Место встречи выбрали возле резиденции русского губернатора на холме.
К назначенному сроку у здания губернатора собрались представители обоих государств. Американская делегация прибыла в парадной форме, численность русских была скромнее, однако иностранные наблюдатели отмечали, что они выглядят вполне боеспособно, несмотря на устаревшее оружие.
«Размещение войск исключало любые серьёзные демонстрации,» — подчёркивал Руссо.
Среди собравшихся присутствовали многочисленные зрители, среди которых были русские колонисты различных социальных слоёв, креолы и индейцы. Последние прибыли из-за появления крупных судов в гавани, хотя представления о сути происходящих событий у местных жителей оставались туманными.
«Коренные народы редко проявляют явное любопытство… Они приплыли на своих каноэ и встали в гавани, наблюдая издалека происходящее,» — сообщил корреспондент Daily Alta California Джон Гудейл.
Только две газеты, New York Herald и Daily Alta California, отправили своих репортёров освещать событие. После гражданской войны американская пресса была поглощена внутренними политическими вопросами, и приобретение далёкого холодного региона вызывало скорее насмешливое отношение. Многие издания открыто издевались над покупкой Аляски, называя её «зоопарком полярных медведей Эндрю Джонсона» или «ящиком со льдом, купленным за 7,2 миллиона долларов».
«Вечером один ирландец, выйдя мокрым с лодки, воскликнул: ‘Кто вообще приобрёл эту землю?! Это точно не я!’ — так описал Гудейл реакцию первых американцев на климат Аляски.»
«Индейцы напились и завыли.»
Обряд передачи контролировал специальный представитель правительства капитан второго ранга Алексей Пещуров. По его команде российский флаг начал медленно спускаться. Одновременно русские и американцы произвели артиллерийские выстрелы, эхо которых прокатилось по окружающим горам.
«Впервые Россия отдавала свои земли… Было ясно, что покидаем навсегда, но поверить в это было трудно,» — грустно замечает Максутов.
При спуске знамени произошла неожиданная заминка — полотнище застряло на высоте, оборвавшись и запутавшись в канатах. Солдаты тщетно пытались освободить его, пока одного из них не подняли вверх, чтобы вручную снять флаг. Однако офицер Пещуров едва успел предупредить, как полотнище сорвалось и упало прямо на штыки.
«Флаг словно искал убежище у тех, кто должен был защищать его,» — поэтически выразился Гудейл.
Журналист Herald Байрон Адонис отметил, что княгиня Максутова заплакала при виде упавшего флага. Гудейл уточнил, что слышал слухи о том, что образованная жена губернатора продолжала рыдать уже после завершения мероприятия.
Другие свидетели утверждали, что слёзы княгини могли быть вызваны недавними родовыми осложнениями, приведшими к потере ребёнка.
Подъём американского флага осуществил 15-летний сын генерала Руссо, сопровождавший отца в качестве секретаря. Поднятие прошло успешно, завершившись последним пушечным выстрелом.
«Согласно повелению моего государя, передаю вам всю территорию, находящуюся под властью российского императора на американском континенте и прилегающих островах,» — тихо произнёс капитан Пещуров.
Руссо подтвердил принятие территории. Хотя официальные речи звучали сдержанно, американские участники неожиданно вскрикнули троекратное «ура», нарушив заранее согласованный сценарий. Генерал позднее выразил разочарование подобным поведением своих соотечественников.
«Теперь наша страна простирается вплоть до Тихого океана и почти касается старого материка — Азии… Все мы рады оказаться наконец на американской земле,» — комментировал Гудейл.
После официальной церемонии индейцы на каноэ покинули место событий молча, а белые гости направились к губернаторскому дому, где состоялся неофициальный приём с шампанским без официальных речей и тостов. Уже к четырём часам дня над городом развевалось около дюжины звёздно-полосатых флагов.
«Местные индейцы встретили смену власти с глубокой враждебностью… Они напились допьяна и всю ночь оглашали округу дикими криками,» — вспоминал врач армии Делаван Бладгуд.
«Похоронная процессия страны.»
Русские колонисты не демонстрировали открытой враждебности к прибывшим американцам, однако атмосфера в городе была наполнена скорбью и печалью.
«Один русский сказал мне на ломаном английском: ‘Не могу смотреть на похороны своей страны.’ Другой финн предсказывал, что сегодня вечером в Ситке проливается немало слёз,» — рассказывали корреспонденты.
Между репортёрами двух газет развернулась своеобразная гонка за право первым отправить отчёт о событии в США, поскольку в Ситке отсутствовали средства быстрой связи. Победителем оказался Байрон Адонис, преодолевший расстояние до ближайшего телеграфа на корабле, каноэ и обычной лодке. В своих заметках он предсказывал, что новая администрация будет обращаться с местными жителями гораздо жёстче, чем русские.
Последний российский флаг, вероятно, остался в соседней индейской деревне, где его бережно хранили долгие годы. Местный вождь долгое время сопротивлялся принятию американской юрисдикции.
«Этот упрямый старик продолжает поднимать российское знамя перед своим домом и отказывается подчиняться новым властям. Однако вряд ли подобное сопротивление сможет продолжаться долго,» — писал Адонис.
«Шаман опустил флаг, но после обсуждения вновь поднял его. Индейцы считают, что предоставляли свою землю русским, но не обязывались отдавать её кому бы то ни было другому,» — записал в дневнике путешествующий мичман Эндрю Блэр.
Читать далее
