Аудиосообщения от экс-клиентки
Юрист в течение десяти лет вел дела предпринимателя и членов его семьи, включая жену. После развода пары он начал представлять в арбитражном процессе мужа, против которого бывшая супруга подала иск о признании недействительными сделок по разделу собственности. В ходе слушаний адвокат утверждал, что «никакого давления или мошенничества» не было, приложив к материалам нотариально заверенную распечатку переписки в WhatsApp с голосовыми сообщениями истца.
Раскрытия адвокатской тайны дисциплинарный орган не усмотрел: сведения о сделках были адресованы не только защитнику, но и стороне сделки, а значит, не являлись для нее конфиденциальными. Однако факт конфликта интересов подтвердился. После отзыва доверенности бывшая клиентка четко обозначила свою позицию, что обязывало юриста прекратить сотрудничество с обоими супругами. Совет особо подчеркнул, что ситуация не допускала двоякого толкования.
Результат — дисциплинарное взыскание в виде предупреждения.
Майская ночь
Потерял статус адвоката защитник по назначению, участвовавший в деле о подготовке теракта. Его клиента доставили к следователю в наручниках с признаками избиения, допрос и предъявление обвинения провели ночью, а в СИЗО дважды вызывали медиков. Позднее подозреваемого перевели в больницу.
Личную встречу с обвиняемым юрист не организовал и, по его словам, лично предложил внести в протокол отметку об отказе подзащитного от свидания. Время фактического задержания он тоже не уточнил, хотя запрос на назначение защитника поступил за семь часов до возбуждения уголовного дела. На телесные повреждения подзащитного не отреагировал.
Как указала АП Москвы в решении: даже действительный отказ от встречи не снимает с защитника обязанностей, поскольку такая позиция может быть формой протеста или свидетельствовать о нарушении прав. Аргументы о «специфике дела» Совет расценил как солидарность с обвинением, а действия адвоката — как формальное исполнение обязанностей.
Соглашение против клиента
Юрист включил в договор пункт о приостановке услуг при задержке платежа, не определил сроки оплаты, а затем уведомил подсудимого о неявке в суд за десять минут до начала заседания.
Остальные условия соглашения также вызвали вопросы: повышение гонорара на 50% при «разногласиях в позициях», обязанность клиента согласовывать юридически значимые действия с адвокатом, невозврат аванса при расторжении и другие спорные положения. Защитник объяснил, что использовал готовый шаблон из прежнего места работы, не вникая в его содержание. Статус аннулирован, повторно подать документы на присвоение звания он сможет лишь через два года.
Другой адвокат принял 250 000 руб. наличными без оформления квитанции, ограничившись пометкой в договоре. В соглашении он указал оплату на банковский счет без реквизитов, невозврат средств при досрочном прекращении сотрудничества и фиктивный номер в несуществующем «московском реестре адвокатов». Предмет соглашения сформулировал таким образом, что юридическая помощь фактически предназначалась не клиенту, а его жене. В данном случае палата ограничилась предупреждением, обязав вернуть неиспользованную часть гонорара.
Дело передано стороннему специалисту
Управляющий партнер адвокатского бюро получила 150 000 руб. за ведение дела в суде первой инстанции, но фактически поручила заседания юристу из города, где рассматривалось дело. Этот специалист не имел ни адвокатского статуса, ни отношения к бюро.
В решении отмечено, что бюро не вправе оказывать юридические услуги, а отсутствие в договоре указания конкретного исполнителя признано существенным недостатком, за который отвечает подписавшее его лицо. Привлеченный юрист мог участвовать в процессе совместно с адвокатом, но не вместо него.
Бюро получило предупреждение. Совет также обязал исправить информацию на сайтах бюро и адвоката, где обнаружились сведения о «более 600 выигранных делах», «>5,051 млрд выиграно» и анонимные отзывы клиентов.
2026-07-24T14:24:01+00:00
